Лес и Вода

Причины большинства стихийных бедствий от засух до наводнений, напрямую связаны с уничтожением лесов.
В результате сокращения площади лесов происходит:
    деградация земли
    эрозия почвы
    сокращение площади угодий за счет роста оврагов
    истощение водных ресурсов и исчезновение малых водотоков
    уменьшение объемов пресной питьевой воды, обмеление рек и иссушение климата
    сокращение биоразнообразия
    смыв внесенных удобрений и заиление рек и водохранилищ
    увеличение количества паводков
    увеличению лесных пожаров и засуха.



Причины столь пагубных последствий следует в первую очередь искать в сокращении площади лесов. Но проблема, несмотря на свою очевидность и катастрофичность, сегодня не решается никем и никак.

Экстенсивное  сельское хозяйство – главный враг природных вод.
Основным фактором человеческой деятельности, нарушающим природное равновесие является вредное влияние экстенсивного сельскохозяйственного производства на окружающую среду. Сельское хозяйство выдвинулось на первое место по негативному влиянию на экологию уже в 60-х годах прошлого века, во многих случаях отрицательное воздействие сельского хозяйства, становится, этому времени, более серьезным, чем влияние других отраслей общественного производства. С тех пор это воздействие только усилилось. Применение сложной и тяжелой машинной техники, химизация и мелиорация земель, концентрация производства, особенно в животноводстве, сделали природу весьма уязвимой перед лицом современного сельскохозяйственного производителя.

Именно с развитием сельского хозяйства связаны рост дефицитности водных ресурсов на обширных территориях нашей страны, уменьшение видового разнообразия растительного и животного мира, засоление, заболачивание и истощение почв, накопление в почве и воде ряда особо стойких и опасных загрязнителей природной среды.

Очевидным является и тот факт, что традиционное сельскохозяйственное производство, использующее  автотракторную технику, химические и синтетические удобрения, пестициды и ядохимикаты, регуляторы роста растений, кормовые добавки, генетически модифицированные организмы и семена в растениеводстве, с экономической точки зрения, крайне неэффективно и потому требует постоянных дотаций от государства.

Традиционное сельскохозяйственное производство остается крайне неэффективным и с точки зрения производства биомассы. К примеру для синтеза 1 тонны органического вещества древесными растениями требуется около 100 тонн воды. В то же время, для синтеза 1 тонны зерна требуется уже не 100, а 1000 тонн воды. Таким образом, промышленным агросистемам, для производства аналогичного количества биомассы требуется  в 10 раз больше воды.

Подсчитано что на одну калорию выращенных сельхозпродуктов приходится 10 калорий затраченной энергии сельхозмашин и энергии промышленных предприятий, производящих машины, химические удобрения и ядохимикаты. В животноводстве так же широко используется машинное оборудование и транспорт, поэтому энергии и там потребляется тоже больше, чем выращивается.

К началу 20-го века, при средней урожайности порядка 10ц/га, худо-бедно сохранялся положительный баланс между пополнением и водозабором подземных вод, в результате чего, малые водотоки (родники, ручьи, малые реки), средние реки (протяжённостью до 500км) и крупные реки были полноводны и были с рыбой. Развернувшаяся в последствии борьба за повышение урожайности оборачивается тем,  что новые высокоурожайные сорта растений просто перехватывают из почвы большее количество тонн влаги, лишая влаги всех остальных обитателей экосистемы. Вода осадков перехватывается растениями и уже не пополняет подземные воды, источники малых водотоков иссякают и как следствие – маловодье малых, средних и больших рек и безрыбье. И это факт, достаточно сравнить количество выпадающих в данной местности на один гектар осадков, с урожайностью сельхозкультур на один гектар чтобы понять сколько влаги оставляют сельхозкультуры всей остальной экосистеме территории.

Это, помимо засухи, весьма очевидная причина исчезновение малых водотоков (родники, ручьи) в местах ведения экстенсивного сельхозпроизводства. Таким образом, экстенсивное сельхозпроизводство, увеличивая количество производимой углеводной пищевой продукции,  уничтожает невоспроизводимые природные ресурсы, белковую пищевую продукцию, на производство которой невоспроизводимых ресурсов не требуются. Вот такой парадокс.

Ведение сельскохозяйственного производства по-старинке, варварскими, экстенсивными методами, одна из главных причин усиления эрозии почв и увеличения их смыва в реки, заиления рек и ручьев и сокращения объемов стока в водоемы, уменьшения количества осадков, усыхания лесов!

Фактор климата.
По оценкам экспертов журнала Nature изменение климата на нашей планете, происходит со скоростью 420 м в год. Деревья наших лесов не могут приспособиться к такой скорости и местами просто погибнут. С гибелью лесов, продолжится исчезновение и оставшихся малых водотоков, которые берут начало в основном в чащах лесов и в горах. Если не думать уже сейчас о подборе новых видов деревьев и растений, замещающих тех, которые входят в «группу риска», и выращивать в питомниках традиционные виды для создания лесных культур, то тема правовой охраны вод и лесов станет неактуальной - леса «вымрут», а водоемы пересохнут.

Исторические примеры борьбы за повышение водности и борьбы с водностью.
В истории нашей страны, как и в истории всех развитых стран, много примеров того, как мудрые правители сохраняют и увеличивают водность земли, понимая ей огромное значение, а глупые правители борются с водностью, сами не понимая что творят.

Россия (СССР, РФ)
19 ноября 1703 года Петр Великий подписывает именной Указ «..об описи лесов во всех городах и уездах в пределах 50 верст от больших рек и 20 верст от малых». Основной смысл этого комплексного указа отнюдь не в описи лесов, а в сохранении водотоков «которые в те большие реки впали, а сплавному ходу по ним быть мочно», то есть речь в царском указе идет о том, что реки должны оставаться судоходными «дорогами». Эти расстояния в 50 и 20 верст буквально означают ширину водоохранных зон рек, которые были призваны сохранять и водность этих рек, и лесные и рыбные ресурсы, и уменьшать силу паводков.

В конце XIX - начале XX века в России ослабили «узду» и всего за 40 лет - с 1861 по 1913 год, площадь лесов европейской части России сократилась на 40%. Леса рубили на водоразделах, по берегам водотоков - независимо от их размера (длины). И реки стали стремительно мелеть. Крупные еще сохраняли роль транспортных артерий, но малые уже не могли принимать суда и баржи. Все малые притоки Волги, Днепра, Камы, Дона либо вообще перестали быть судоходными, либо таковой оставалась только определенная их часть.

Еще в 1870¬е годы во всех притоках и субпритоках Волги, включая Москву-¬реку, и даже в реке Уфе в 200 км от Екатеринбурга, водилась стерлядь. К началу XX века качественной рыбы стало намного меньше. Резко сократились объемы вылова рыбы. Причина - в сведении на нет водоохранных лесов. Стали частыми «великие засухи», приводившие к большой смертности населения на огромных территориях Российской империи.

Руководство отреагировало быстро: обязало ученых разработать методы и средства защиты от засух, среди которых главенствующую роль для возрождения водотоков и восстановления водности и влажности воздуха (климата), вплоть до увеличения частоты и выпадения дождей, играло восстановление вырубленных лесов на водоразделах, водоохранных и полезащитных лесов. В России до 1917 года крестьяне и сельские общины поощрялись за разведение лесов. За выращенные и сохраненные землевладельцем 50 десятин леса (~50 га) ему выдавалась награда в 500 руб. (цена 150-200 коров), а также золотая медаль.

Но настал 1917 год. При новой власти возобновилась беспорядочная рубка лесов. А крестьян¬ землевладельцев с лесными наделами, «новые хозяева» страны окрестили кулаками и уничтожили. Лишь после засухи и голода 1930¬х годов лесовосстановительные работы были возобновлены, и остатки водоохранных лесов охраняли¬сь и оберегали их не лесники, а войска НКВД. Постановлением Совета Министров РСФСР от 17 марта 1939 года № 91 вокруг территорий рек, озер и водохранилищ выделялись водоохранные зоны. Нормы ширины рек были установлены в следующих размерах: при длине реки от истока от 101 до 200 км - 300 м, от 201 до 500 км - 400 м, свыше 500 км - 500 м. Продолжились и посадки лесов и лесополос.

В 1948 г. когда Европа еще восстанавливала хозяйство от последствий разрушительной войны, в СССР по инициативе Сталина вышло постановление Совета Министров СССР и ЦК ВКП (б) от 20 октября 1948 года «О плане полезащитных лесонасаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительства прудов и водоемов для обеспечения высоких устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах Европейской части СССР». В печати указанный документ назвали «Сталинским планом преобразования природы».

Пятнадцатилетняя программа научного регулирования природы, была разработана на основе трудов выдающихся русских агрономов. Согласно плану преобразования природы, началось грандиозное наступление на засуху путем посадки лесозащитных насаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительства прудов и водоемов. Сила этого плана была в единой воле, комплексности и масштабности. План не имел прецедентов в мировом опыте по масштабам.

Целью данного плана было предотвращение засух, песчаных и пыльных бурь путём строительства водоёмов, посадки лесозащитных насаждений и внедрения травопольных севооборотов в южных районах СССР (Поволжье, Западный Казахстан, Северный Кавказ, Украина). Всего планировалось высадить более 4 млн. га леса, и восстановить леса уничтоженные последней войной и нерадивым хозяйствованием.

По этому, плану за 15 лет должно было быть создано 8 крупных государственных лесозащитных полос общей протяженностью свыше 5300 километров, защитные лесонасаждения на полях колхозов и совхозов общей площадью 5709 тысяч гектаров, а  к 1955 году в колхозах и совхозах должно было быть построено 44228 прудов и водоемов. Все это в соединении с передовой советской агротехникой должно было обеспечивать высокие, устойчивые, независящие от капризов погоды урожаи на площади свыше 120 миллионов гектаров. Урожая собранного с этой площади посевов, хватило бы, чтобы прокормить половину жителей Земли. Центральное место в плане занимало полезащитное лесоразведение и орошение.

Государственные полосы должны были предохранять поля от жарких юго-восточных ветров — суховеев. Помимо государственных лесных защитных полос высаживались лесополосы местного значения по периметру отдельных полей, по склонам оврагов, вдоль уже существующих и вновь создаваемых водоёмов, на песках (с целью их закрепления).

Помимо этого внедрялись более прогрессивные методы обработки полей: применение чёрных паров, зяби и лущения стерни; правильная система применения органических и минеральных удобрений; посев отборных семян высокоурожайных сортов, приспособленных к местным условиям.

План предусматривал также внедрение травопольной системы земледелия, разработанной выдающимися русскими учеными В. В. Докучаевым, П. А. Костычевым и В. Р. Вильямсом. Согласно этой системе, часть пашни в севооборотах засевалась многолетними бобовыми и мятликовыми травами. Травы служили кормовой базой животноводства и естественным средством восстановления плодородия почв. План предусматривал не только абсолютное продовольственное самообеспечение Советского Союза, но и наращивание со второй половины 1960-х годов экспорта отечественных зерно- и мясопродуктов. Созданные лесополосы и водоёмы должны были существенно разнообразить флору и фауну СССР. Таким образом, план совмещал в себе задачи охраны окружающей среды и получения высоких устойчивых урожаев.

Однако, со смертью Сталина в 1953 году, выполнение плана было свёрнуто. Многие лесополосы были вырублены, несколько тысяч прудов и водоёмов, которые предназначались для разведения рыб, были заброшены. Созданные в 1949—1955 годах 570 лесозащитных станций были ликвидированы по указанию Н. С. Хрущёва.

Уничтожение лесных и водных ресурсов продолжилось в 50е годы - в период освоения целины в Нечерноземье, на Урале и в Сибири. Леса на склонах водотоков вырубались под пашни, водосборы распахивались до бровок оврагов и до уреза воды водотоков. Одним из последствий свёртывания сталинского плана и освоения целинных земель, было то, что в 1962—1963 гг. произошла экологическая катастрофа, связанная с эрозией почв на целине, и в СССР разразился продовольственный кризис. В результате такой «дальновидной» политики, к концу 20 века, плодородие почвы было уничтожено как минимум на половине сельскохозяйственных площадей, исчезают родники, ручьи и малые речки, их осталось очень мало! Ежегодно площадь оврагов увеличивается на сотни тысяч гектаров, то есть безвозвратно утрачиваются сотни тысяч гектаров угодий!

В 1991 году, после развала СССР, в соответствии с планами по развитию Российской Федерации, водоохранные зоны мудро вывели из состава земель сельхозназначения и ввели в состав вновь образованной категории земель природоохранных. Но в 2006 году наши законодатели, при молчаливом согласии научного сообщества, узаконили прекращение посадок лесов, лесополосы стали бесхозными и начали исчезать, водоохранные зоны уменьшили в размерах и снова ввели их в состав земель сельхозназначения. Это значит, что на этих землях запрещена посадка столь необходимого там леса, а землевладельцы обязаны пахать и вносить удобрения в эти почвы, что ведет к их смыву, заилению рек и водохранилищ, увеличению количества паводков и уничтожению подземных стоков, то есть к уничтожению малых водотоков и увеличению угрозы пожаров. Эксперты оценивают ежегодные убытки от паводков, наводнений, подтоплений в нашей стране в 80-85 млрд руб.

США
Город Нью-Йорк с населением 9 млн. жителей потребляет в сутки 4 млн м3 (0,004 км3) воды (для сравнения: Москва - около 5 млн м3). Питьевой водой город обеспечивают три крупные системы водохранилищ с общим запасом воды 2,2 км3 (запас на 550 дней).

К 1996 году застройка, интенсификация сельского хозяйства и развитие дорожной инфраструктуры в пределах водосборных бассейнов источников водоснабжения города привели к тому, что качество питьевой воды перестало отвечать санитарным нормам. Причинами его ухудшения стали увеличение стоков канализации, загрязнение воды удобрениями и пестицидами, смываемыми с полей, ливневые стоки с дорог.

Власти города встали перед выбором: либо строить новые очистные сооружения стоимостью $2-6 млрд и ежегодно тратить на их поддержание до $300 млн, либо вложить средства в повышение защитных функций водоохранных зон рек и водохранилищ. Было решено выкупить часть земель (142 тыс. га) и обеспечить соблюдение природоохранных требований путем уточнения нормативов, просвещения местного населения и создания партнерств с местными сообществами.

С 1997 года мэрия Нью-Йорка реализует 15-летнюю программу по обеспечению бесперебойного снабжения города питьевой водой приемлемого качества, стоимость которой - около $1,3 млрд. На выкуп земли вдоль рек и ручьев за пределами города было затрачено $255 млн. Средства пошли на строительство частных систем канализации и повышение качества очистных сооружений, а также на выплаты фермерам и лесовладельцам за применение экологических методов хозяйствования в водоохранных зонах. Главные цели - минимизировать затраты на обеспечение Нью-Йорка качественной водой и сохранение ключевых природных территорий - мэрией города достигнуты.

Ситуация сегодня
Поверхность Земли на 75% покрыта водой. Это по поверхности, но если сравнивать по объёму, то вся вода занимает не больше 0,4% объема Земли. По массе же и того меньше всего 0,07%, это почти ничего. При этом  на 96,5% это вода солёная и непригодная для питья, подземные же водяные пласты солёные на 55%. Используемая людьми вода это на 80% поверхностная вода, т.е. вода рек и озер, составляющая чуть больше 1% всей земной воды. Этот процент неуклонно сокращается, в то время как пустыни постоянно увеличиваются и составляют уже 33% земной суши!

Чтобы убедится в том, что мир находится на пороге водной катастрофы, за примерами не нужно далеко ходить. Всё чаще мы слышим о засухах, лесных пожарах, обмелениях рек и с каждым годом ситуация только ухудшается.

Для примера. В 2009 году в Артинском районе Свердловской области засухой был уничтожен урожай на трети посевных площадей. По сообщениям газеты «Известия» летом 2010 года в засушливых областях России служили молебны. «В Нижегородской области, где установилась аномальная жара, в храмах прихожане и священнослужители молятся о ниспослании дождя... Молебны о дожде проходят ежедневно во всех приходах области».  

Минсельхоз РФ сообщил, что в 2012 году гибель сельхозкультур от засухи была отмечена в 22 субъектах РФ. Режим чрезвычайной ситуации был введен в 20 регионах. Ущерб от засухи оценивается в 37,5 миллиарда рублей, а сельхозкультуры погибли на 7,9% общей посевной площади.

В апреле 2012 г. Новосибирск, впервые на памяти старожилов, столкнулся с обмелением Оби в разгар весны, когда, наоборот, вода в реке должна только прибывать. По сведениям Обского бассейнового управления водных путей и судоходства, глубина реки на некоторых перекатах сегодня сократилась до 115 см, что делает ее непроходимой для большинства теплоходов. В конце апреля было намечено проведение сбросов воды, из Обского водохранилища которые должны были поднять уровень на 40 см., однако и из Обского моря сбрасывать было особенно нечего

Как сообщил глава Минсельхоза РФ Николай Федоров 11 июля 2013 г., по предварительным оценкам в России от засухи погибло почти 2 % всей посевной площади сельскохозяйственных культур -1,45 миллиона гектаров.

На Дальнем Востоке сельскохозяйственные культуры погибли на площади 370,9 тысячи гектаров, прямой ущерб от наводнений оценивается в 3,1 миллиарда рублей, а с учетом упущенной выгоды - в 7,9 миллиарда, подсчитал минсельхоз. Из-за аномально высокой температуры, которая держалась в Центральной России в июне и начале июля, несколько регионов страны подверглись засухе. Речь идет о Липецкой, Воронежской, Ульяновской, Саратовской, Оренбургской, Самарской, Курганской областях, а также Башкирии, ряде районов Челябинской, Ростовской, Волгоградской, Астраханской областей, Калмыкии и южной части Татарстана.

Летом 2013 года в тринадцати районах Оренбургской области был введен режим ЧС. Как сообщает ГУ МЧС по области, на данный момент погибло 362,8 тысячи гектаров посевов, а в дальнейшем это число может увеличиться до 1,3 миллиона гектаров. В двух районах Калмыкии также введен режим ЧС: погибло 22,5 тысячи гектаров сельскохозяйственных культур, из них на территории Малодербетовского района — 5,982 тысячи гектара, что составляет 72 % от всей посевной площади района, сообщает МЧС. Из-за почвенной засухи, отсутствия дождей, температуры, превышающей среднюю многолетнюю на 3–4 градуса режим ЧС введен и в двух районах Чувашии.

Как восстановить водность территории?
Каков выход? В связи с необходимостью немедленной рекультивации деградированных почв, земель, восстановления водных ресурсов, сохранения исчезающих ценных видов деревьев, то есть рациональным природопользованием, что постепенно становится очевидным для ученых и практиков во всем мире, в последнее время, активно развиваются проекты «адаптивно-ландшафтных систем земледелии», которые предусматривают приспособляемость производства продукции к различным элементам агроландшафта, формам хозяйствования и материальным ресурсам, на основании достижений науки и техники, с учетом решения экологических проблем сельскохозяйственного производства и ресурсосбережения.

Экономически и экологически наиболее целесообразна рекультивация деградированных земель, ранее покрытых лесом, с помощью лесомелиорации, которая обеспечивает реальную компенсация ущерба ранее нанесённого антропогенной деятельностью, реальное обогащение биоразнообразия при наблюдаемом изменении климата. Кроме того выращивание промысловых видов растений (выращивание леса для сельскохозяйственных целей) приносит большую экономическую отдачу. Такая «адаптивно-ландшафтная система земледелия», активно развивающаяся за рубежом: в Африке; в Америке; в Европе, получила название Агролесоводство (Agroforestry).

Зарубежные фермеры давно применяют методы агролесоводства по двум причинам. Они хотят увеличить свою экономическую стабильность и оптимизировать управление естественными ресурсами в их попечении. Использование древесных видов должно приводить к повышению либо биологической продуктивности, либо экономической отдачи системы, либо и того, и другого вместе. Получающиеся биологические взаимосвязи дают многочисленные выгоды, включающие диверсификацию источников дохода, увеличенное биологическое производство, лучшее качество воды и улучшенную среду обитания как для людей, так и для дикой природы.

Традиционный лесопитомник или плантация ореха, управляемые как специализированные монокультуры, не являются системами агролесоводства. Ими также не являются лесные угодья, организованные лишь для продуктов леса. Агролесоводство включает сочетание выращивания деревьев с иными отраслями, такими как содержание пастбищных животных или производство грибов, экотуризм либо управление лесным угодьем для многообразия специальных продуктов леса. Например, агролесная система может производить древесное топливо, сырье биомассы, хвою сосны, мульчу, грубый корм для пастбищных животных и другой традиционный лесной материал. В то же время деревья укрывают домашний скот от ветра и солнца, создают места обитания дикой флоры и фауны, контролируют эрозию почвы, а бобовые виды – фиксируют азот для улучшения плодородия почвы, восстанавливают водоотдачу. Но методы агролесоводства также производят значительный экологический эффект, который многие расценивают как равноценный или более важный, чем потенциальные сельскохозяйственные или экономические выгоды. Выращивание ценных пород деревьев имеет в разы большую (чем местные виды) экономическую отдачу за счет рекреационных, продовольственных (орех, плоды, мед) и иных хозяйственных свойств, при том же возрасте спелости.  

Агролесоводство или лесное фермерство, начинающее развиваться и в нашей стране,   предполагает намеренное внедрение ценных древесных видов в различные типы сельхоздеятельности, что в свою очередь служит улучшению качества воды и вцелом среды обитания, как для людей, так и для дикой природы. Агролесоводство, в отличие от традиционных методов сельхозпроизводства, не разрушает природу, а действует в согласии с ней, способствуя не только поддержанию, но и возрождению биоразнообразия. Суть агролесоводческой деятельности должна состоять в восстановлении деградированных почв, водных источников и биоразнообразия на истощенных землях. Главной функцией данной инновационной деятельности является накопление положительных изменений.  Развитие таких адаптивно-ландшафтных систем земледелия, как Агролесоводство, будет способствовать решению целого ряда социально-экономических проблем, которые стоят сегодня на пути развития страны.

Что мешает развитию агролесоводства.
В настоящее время научные рекомендации по оптимальным мероприятиям для реализации функции практики положительных изменений в экологии и в деле сохранения биоразнообразия отсутствуют. Агролесоводческая деятельность это яркий пример эндогенной инновации в сфере экологии. Инновации представляют собой изменения, которые носят качественный характер и ориентированы на экономический, (а в этой связи, и социальный) эффект. Главной функцией инновационной деятельности является функция положительных изменений.

Инновационный процесс, в сфере решения проблем геоэкологии и биоразнообразия, сегодня еще очень слаб потому, что постоянно встречает на своём пути силы, препятствующие его развитию. Это в общем естественно, поскольку любая инновация это процесс, и как у любого процесса у агролесоводства имеются в наличии силы, сопротивляющиеся этому процессу. В первом приближении их наличие  можно обозначить в научной, правовой и экономической сферах. Сопротивление процессу несут экзогенные (внешние) и эндогенные (внутренние) факторы, а также системы отношений с ними связанные.
Вот некоторые экзогенные (внешние) факторы:   
    в подавляющем большинстве случаев руководители научных и экономических структур не желают менять status-quo своих тем и доходов, и сознательно не идут на поддержание инновационного процесса, тем самым усиливая эффект сопротивления инновации;
    традиции, прочно укоренившиеся в научных и производственных процессах, составляющие основу профессионализма, представляют собой основу силы неприятия (инновации) всего того, что резко отличается от ранее принятого стандарта профессии. Любое отклонение от установившихся профессиональных сценариев выполнения работы (ритуала), как правило, воспринимается в научном обществе как недостаточный профессионализм и при помощи отлаженной системы "поощрения-наказания" (статья-диссертация) процесс направляется в традиционное русло (а не в инновационное);
    состояние настроений в научном обществе, их направленность; отсутствие желаний к переменам и уступкам в традициях, отсутствие экономически активных людей (творческого типа), желающих идти на инновационный предпринимательский риск – ещё один экзогенный фактор, входящий в состав механизма сопротивления инновационному процессу. А так как инновация – это отклонение от стандарта (на то она и инновация), профессионал из традиционной науки и экономики будет одним из первых, кто встанет на пути этому изменению (если только этот профессионал не является исследователем).
Некоторые общепринятые эндогенные (внутренние) факторы:  
    отсутствие или недостаточность развития национальной научной школы, обеспечивающей развитие нового технологического уклада;
    неправильно выбранные приоритеты научного и экономического развития, но поддерживаемые энергией и финансовыми ресурсами людей, стоящими за этими приоритетами (волюнтаризм).

Несмотря на угрожающую ситуацию людям сейчас не до размышлений о причинах все уменьшающейся водности территории, о том, почему в водоемах области все меньше накапливается воды, почему все реже над полями, огородами, городскими улицами и площадями собираются дождевые облака. Власти же устраивает отсутствие вопросов, они как всегда озабоченные только дележом стремительно иссякающих водных ресурсов, и даже думать не желают о необходимости сохранения оставшихся водоохранных лесов, не говоря уже об их восстановлении. Если же массы начнут роптать, то у власти всегда наготове целый выводок «объясняльщиков» -  «наука», «зеленые», «священники», они умеют объяснить, что засуха  это стихийное явление и что как-¬то все само собой получилось: леса где «кончились», а где поредели и начали гореть, овраги тоже сами расползлись, как и родники иссякающие тоже сами по себе.

В последнее время всё больше людей начинают осознавать важность возрождения лесов. Множатся экологические движения, призывающие своих последователей высаживать деревья. Кто-то чистит речки и водоемы, кто-то сажает леса. Тысячи сочувствующих граждан разделяют идеи экологических движений, кто-то потому что считает посадку деревьев святой обязанностью человека, кто-то просто украшает планету своими руками, но при этом все понимают, что лес это важнейшая составляющая жизни на земле и поэтому каждый человек обязан внести свою лепту в сохранение экологического равновесия в тех местах, где он живет.

К сожалению, подобная самодеятельность граждан поддерживается властями только на словах. Никакой реальной помощи не оказывается. По той же причине и Агролесоводство, несмотря на очевидную пользу его развития для всей страны, остается уделом энтузиастов вкладывающих в это благородное дело свои силы и средства и не рассчитывающих на помощь государства. Как это часто бывало в нашей истории, власть и её официальные институты, в силу своей косности и консерватизма, не только не способствуют развитию агролесоводства, но и прямо противодействуют ему.

Так например Администрация МО Артинского городского округа Свердловской области, уже 8 (восемь) месяцев всеми правдами и неправдами препятствует выделению земельного участка для развития первого на Урале агролесоводческого проекта.

Официально администрация выступает в роли радетеля родной земли, препятствующего разбазариванию народного достояния. На деле же подобное «радение» уже обернулось деградацией и снижением ценность сельскохозяйственных земель, что помимо всего прочего, является преступлением предусмотренным уголовным кодексом. Испрашиваемые земли уже как минимум 15 лет не используются под сельхозпроизводство и зарастают малоценным лесом. Использование этих земель под традиционное земледелие, всегда было, как минимум не эффективным, по причине больших уклонов, именно поэтому еще в 70е годы прошлого века, после проведенного почвенного исследования, учены рекомендовали проведение различных мероприятий, направленных на предотвращение деградации земель. Однако за всё это время ничего из того что было рекомендовано выполнено небыло. Власти менялись, а земля продолжала деградировать. Использование этих земель под традиционное земледелие еще и экономически невыгодно. Уже сегодня, чтобы вернуть землю в традиционный оборот, необходимо провести корчевание на сотнях гектаров, поскольку большинство выросших на полях деревьев за 10-15 лет приобрели развитую корневую систему. При сегодняшней стоимости ГСМ, удаленность этих земель от мест базирования техники, критическая, ставящая под сомнение экономическую целесообразность не столько корчевания, сколько дальнейшую обработку земли с помощью традиционных методов. Проблема состоит еще и в том, что процесс водной эрозии (постоянный рост промоин и оврагов) запущенный  предыдущим нерачительным использование земли, с каждым годом усиливается. Остановить его можно только проводя специальные мероприятия, которых никто не проводит и проводить не собирается. Было бы лучше если бы эти земли вообще больше никогда не обрабатывались плугом и бороной, поскольку если эти земли будут снова,  распаханы, то  при сегодняшнем уровне развития водной эрозии, земля начнет деградировать ускоренными темпами и за 2-3 года будет просто уничтожена как угодия..

Все эти резоны были тщательно донесены до местных чиновников, были подготовлены материалы показывающие, что именно агролесоводческие технологии необходимо применять сегодня на указанных землях, только они спасут земли от деградации, и только они способны сделать использование этих земель эффективным. Но, несмотря ни на что, Администрация МО Артинского городского округа Свердловской области, продолжает упорно держаться устаревших и вредных догм. О том  Не желая ничего менять и предпринимать, боясь ответственности, местные чиновники сознательно идут на нарушения законодательства, препятствуя выделению земли и началу инновационного процесса лесомелиорации, живя по принципу «после нас хоть потоп».

Если судить по реальному отношению федеральных и местных властей России к проблеме сохранения водности и плодородия почв, наглядно видно насколько сильно нынешние чиновники отличаются от мудрых руководителей прошлого и как велико их сходство с паразитами, не приносящими никакой пользы, а только берущими ничего не давая в замен.




  • Лес и Вода